«Подтяжка лица в Польше проводится лишь немногими». Лечение, за которое в США платят до 40 XNUMX . долларов

«Подтяжка лица в Польше проводится лишь немногими». Лечение, за которое в США платят до 40 XNUMX  . долларов

— Я думаю, что основная причина предъявления претензий в пластической хирургии — это отсутствие должного общения между врачом и пациентом. Короткая квалификационная консультация, неполная информированность пациента, проведение процедуры «на следующий день» после консультации являются факторами риска недостижения цели «удовлетворенный пациент». Мы говорим о подтяжке лица с доктором Любомиром Лембасом, специалистом в области пластической хирургии.

  1. Подтяжка лица не улучшит состояние поверхности кожи, не восстановит объем лица, она направлена ​​лишь на устранение дряблости и отвисания тканей.
  2. Процедура связана со многими неизбежными последствиями: отеками, синяками, рубцами, нарушением чувствительности кожи, незначительными послеоперационными несовершенствами контура лица.   
  3. Мы не можем обманывать пациентов — результат операции во многом зависит от дооперационного анатомического состояния тканей пациента
  4. Больше подобных историй вы можете найти на домашней странице ТвоиЛокони.

Зузанна Опольска, ТвоиЛоконы: Подтяжка лица и шеи — операция, за которую берутся не все пластические хирурги.

Доктор Любомир Лембас, доктор медицинских наук, специалист в области пластической хирургии: В подтяжке лица нет простых решений — для получения хороших и долговременных результатов необходимо выполнить технически сложную и длительную хирургическую процедуру.

Как и во всей медицине, иногда пациенты недовольны результатом лечения. Иногда это даже приводит к искам, которые решаются в суде.

Доктор, старость подверглась цензуре — большинство из нас борются и проигрывают со временем. Является ли подтяжка лица хорошим способом омоложения?

Да и нет, я всегда объясняю своим пациентам, что старение лица происходит на разных уровнях и что если мы хотим общего омоложения, то должны действовать во многих направлениях. В процессе старения поверхность кожи изменяется, все ткани лица исчезают, ткани обвисают и опадают. По-разному улучшаем структуру поверхности кожи (косметика, пилинги, лазеротерапия, мезотерапия), по-другому относимся к потере тканей (гиалуроновая кислота, стимуляторы выработки коллагена, пересадка жира), по-другому к коже провисание.

Подтяжка лица не улучшит состояние поверхности кожи, не восстановит объем лица, она направлена ​​лишь на устранение дряблости и дряблости тканей. Лифтинг за счет подтяжки и подтяжки тканей улучшает контур лица (устраняет «хомячки», свисающие «челюсти»). После операции пациент будет выглядеть свежим и здоровым, поэтому его будут воспринимать отдохнувшим и моложе, чем он есть на самом деле. Важно, чтобы после операции черты лица пациента не изменились.

Чем традиционная подтяжка лица отличается от подтяжки лица SMAS?

Классический фейслайтинг предполагает удаление лишней кожи с лобной, височной и заушной областей, что временно придает коже лица лучшее натяжение. Современные операции по улучшению контура лица включают сочетание классической подкожной подтяжки лица с лечением миофасциального слоя, сокращенно SMAS (см..

Этот миофасциальный слой можно наложить внахлест (SMAS-пликация), его полоску можно разрезать и края сблизить швами, а также отделить от еще более глубоких анатомических слоев лица и шеи и подтянуть (глубокая SMAS-подтяжка лица). Подтяжка лица — очень сложная тема — ищешь простые решения, а их нет. Даже ведущие пластические хирурги мира не согласны с оптимальным объемом операции.

Это одна из самых сложных пластических операций?

Простых операций действительно нет. Мы можем говорить только об операциях, которые имеют короткую кривую обучения и длинную кривую обучения. Иссечение новообразования кожи на лице имеет короткую кривую обучения, а это значит, что большинство специалистов по пластической хирургии правильно проведут такую ​​процедуру сразу после получения специализации. Операция на верхних веках, казалось бы, простая операция. Кажущееся слово важно, т.е. рутинная процедура по удалению лишней кожи позволит добиться хороших результатов, но при условии, что врач квалифицирует только т.н. анатомически идеальные веки для данного вида операции.

На самом деле, большинство пациентов, ожидающих блефаропластику, — это сложные случаи, когда операция должна быть нестандартной, а у многих пациентов даже такая операция не принесет ожидаемых результатов. У ринопластики такая длинная и плоская кривая обучения, что немногие проходят ее — многие пробуют свои силы, а затем бросают ее. Когда дело доходит до увеличения груди, любой пластический хирург может сделать это хуже или лучше. С другой стороны, подтяжкой лица в Польше занимаются лишь немногие.

Как правильно выбрать специалиста?

Сегодня это очень сложно — в Интернете можно найти столько информации, что нужно потратить не меньше десятка часов, чтобы отделить правду от лжи. У одного врача может быть 30 мнений за один месяц и еще 30 за годы. Как вы думаете, кто вызывает больше доверия? Когда после сдачи государственного экзамена я получил звание «специалист по пластической хирургии», мне было больше 39 лет, и я скажу открыто: тогда я бы не стал делать подтяжку лица.

Есть ли у нас в Польше специалисты, которые занимаются исключительно фейслифтингом?

Объем работы, связанный с подтяжкой лица, настолько велик, что не компенсируется текущими рыночными ценами на это лечение. Речь идет об огромном объеме работы, в которую вовлечены целые бригады врачей, медсестер и других сотрудников клиники. Недаром подтяжка лица, сделанная признанным в США пластическим хирургом, – это инвестиции до 40 XNUMX долларов. Пластика верхних век занимает до полутора часов, а действий по сравнению с подтяжкой нужно выполнить несравненно меньше – даже размер операционного поля во много раз меньше. Сколько длится сам разрез кожи при подтяжке лица?

Я не помню, когда мне делали операцию менее чем за 5-6 часов. Если я услышу, как кто-то делает подтяжку лица за три часа, я не думаю, что они даже пытаются подражать доктору Стиву. Тимоти Мартена – всемирно известный американский пластический хирург, который для многих является непревзойденным образцом для подражания в подтяжке лица. Подтяжка лица в Dr. Мартена часто длится восемь часов, и бывает, что она оперирует пациентов два дня подряд (для омоложения лица). Выздоровление долгое, но результаты, которые оно показывает на международных конгрессах, настолько зрелищны и долговечны, что всегда вызывают восхищение у зрителей. Многие врачи хотели бы подражать «мировым гуру», как многие футболисты хотели бы стать вторым Роналду. Операционный стол, как и газон, всегда говорит: «Проверяю».

Часто ли возникают осложнения?

Американские пластические хирурги, у которых нам стоит поучиться фейслифтингу, открыто говорят, что «фейслифтинг — очень несовершенная операция» (фейслифтинг — не идеальная операция). Каждый пациент/пациент должен услышать такое предложение из уст врача, имеющего право на операцию. Лечение связано со многими неизбежными последствиями (отек, кровоподтеки, рубцы, нарушение чувствительности кожи, незначительные послеоперационные несовершенства контура лица). Рубец обычно хороший и почти незаметный (спрятан в волосах, за ухом, в ухе), но бывают гипертрофические и даже келоидные рубцы.

  1. Как исправить асимметрию лица?

Если мы хотим провести очень хорошую операцию с точки зрения результата и ее долговечности, мы должны войти в анатомические области лица, где расположены ветви лицевого нерва. Столкновение с такой веткой вызывает у него парез, который может длиться до 6 месяцев (значительно удлиняет период выздоровления). К счастью, необратимое повреждение нерва является крайне редким осложнением. В случае классической кожной подтяжки лица данное осложнение практически не должно возникать, а вот при современной подтяжке лица и шеи, касающейся всех обвисших и обвисших анатомических элементов, это осложнение может возникнуть.

Классический фейслифтинг (мини-лифтинг на коже) не даст эффектного и длительного результата, но и не повредит нерв. Несмотря на предоставление пациенту информации обо всех возможных осложнениях, он имеет право на предъявление своих требований в суде, если он того пожелает. Статистика говорит, что это редкость. И когда это происходит, на мой взгляд, основной причиной является отсутствие должного общения между врачом и пациентом.

Слишком короткая консультация?

Это во-первых, а во-вторых, показывать слишком мало фотографий собственных результатов. Хирург, самостоятельно берущийся за такие операции, уже должен иметь опыт этой операции. Он должен иметь фотографии своих пациентов до и после, чтобы показать их последующим пациентам. Вы можете маскировать фотографии таким образом, чтобы идентификационные признаки лица не были узнаваемы, и в то же время вы могли видеть результаты улучшения контура.

  1. Мы рекомендуем интенсивный лифтинг-уход в ампулах UPGRADE, который рекомендуется людям, нуждающимся в подтяжке лица, и тем, кто хочет скорректировать овал лица.

Как насчет завышенных ожиданий пациентов?

В портняжном деле есть поговорка, что даже самый лучший портной не сошьет хороший костюм из неподходящей ткани. В пластической хирургии можно сказать, что врач делает операцию на конкретном лице. Существуют анатомически совершенные лица для этой операции и так называемые анатомически сложные случаи. В последнем трудно получить хороший результат, несмотря на все усилия. Очевидно, улучшение есть, но все же недостаточно. Мы не можем обманывать пациентов — результат операции во многом зависит от дооперационного анатомического состояния тканей больного.

Кто был бы идеальным кандидатом?

Женщина с худощавым лицом, хорошо выраженным костяком, конституционально глубоким подбородочно-яремным углом, с генерализованными признаками старения, затрагивающими все анатомические слои. Благодарным хирургии является лицо, в котором преобладают дряблые и отпадающие ткани, а не лицо, в котором преобладают изменения самой кожи и потеря объема.

Как насчет возраста?

Наилучшие результаты получаются у пациентов 45-55 лет – так говорит статистика. Однако мы должны помнить, что существует несоответствие между календарным возрастом и биологическим возрастом. Так вот, у одних 50-летних нет показаний к подтяжке лица, а у других операцию можно провести без проблем. Есть 50-летние женщины, от которых я отказываюсь, и есть XNUMX-летние женщины, которых я оперирую. Те, кому я отказываю, имеют настолько малозаметные черты, на которые направлена ​​операция, что польза несоразмерно мала рискам.

Наконец, есть 60-летние женщины, у которых есть показания, но лицо настолько недружелюбно к пластическому хирургу, что после предъявления ограничений мы совместно принимаем решение отказаться от процедуры. Подтяжка пожилой женщины обычно имеет очень большое значение – лицо после такой операции можно охарактеризовать как «лицо красивой старухи». Подтяжка у более молодых женщин – это «продление молодости» – особой разницы до и после нет, но с годами лицо выглядит молодо. В онкологической хирургии «должен» сделать операцию, в пластической хирургии «могу», и мне остается только убедиться, что такая операция отвечает интересам данного пациента/пациента. Если у меня нет такого убеждения, я отказываюсь от операции и, конечно, четко объясняю, почему.

Читать далее: Косметические процедуры для лица. Ботокс, мезотерапия, гиалуроновая кислота

Иногда я прямо говорю своим пациентам: «Мадам, я вижу, какая у вас анатомия, ее нельзя изменить, чтобы получить ожидаемый результат. Может быть, если бы вы похудели на 5-10 кг, был бы шанс, но я не вижу возможности оперироваться на сегодняшний день. Риск высок, и результат не удовлетворит ни вас, ни меня. » С другой стороны, я знаю, что найдутся специалисты, которые примут вызов. Иногда даже встречаются. Я предпочитаю ситуации, когда я знаю, что почти наверняка все будет «хорошо», а не те, которые можно охарактеризовать как «пробная операция», т.е.: «может быть, все будет хорошо».

Вы часто отказываетесь?

Очень часто — предпочитаю оперировать меньше людей, но больше времени уделять пациентам. Обычно это не одна консультация, а две-три встречи для определения окончательного плана процедуры. Это позволяет мне лучше узнать пациента, узнать его настоящие мотивы и ожидания. Некоторые люди считают, что операция изменит их профессиональную или личную жизнь, что не совсем так. Операция должна быть выполнена с внутренней мотивацией — для себя, для собственного улучшения самочувствия и самооценки.

Если пациент чувствует себя лучше с собой, другие также будут чувствовать себя лучше с ней. В том случае, если о результате операции будут судить другие – никогда не знаешь, чем она закончится. Бывает, что человек, которого не любят в своем окружении, даже если после подтяжки лица он выглядит лучше, не услышит комплиментов от своих друзей — и врач может ощутить последствия. В ситуации, когда мотивация к процедуре «внешняя», возрастает риск неудовлетворенности результатом.

Сможете ли вы сказать врачу, у кого был «лифчик» на улице, а у кого нет?

Почти всегда да — потому что чудес на свете не бывает. К тому же есть вещи, которые не может изменить даже Тимоти Мартен. Посмотрите пожалуйста на фото Риты Уилсон, жены Тома Хэнкса, 64 года, подтяжка лица конечно была, как видно по контуру, но шея? Думаешь, она не могла позволить себе лучшего хирурга в Америке? Можно сказать, что он ошибся в искусстве. Только если он совершил? Нет, но это фото нужно показывать пациенту во время консультации, а не защищаться потом. В противном случае пациентка перенесет операцию совершенно по незнанию и может затаить обиду на то, что ожидала еще лучшего результата. Это достоверная информация.

Возможно, врачи боятся потерять «клиентку»?

Лично я предпочитаю, чтобы пациент передумал и сказал: «Спасибо, доктор, за ваше время. До сих пор я совершенно не знал о послеоперационном течении, неизбежных последствиях операции и возможных осложнениях. Мною двигало только желание совершенствоваться, не принимая во внимание риск». Моя идея состоит в том, чтобы обучать пациентов, а не давать им советы. Пациент, обладающий исчерпывающими знаниями о процедуре, примет лучшее для себя решение. Если он решит «да», то я также с уверенностью приступлю к процедуре.

Вы случаем не исправляете за другими?

Я иногда исправляюсь после себя. После других тоже, но это не то, чем я горжусь. Я всегда отправляю пациента к врачу, который первым провел первоначальную операцию. Причина проста — если я буду оперировать себя, я хочу, чтобы пациент полностью мне доверял и дал мне второй шанс. Бывает, что хирург-оператор не может, не может или не хочет проводить повторную операцию. Пациент сообщает мне об этом, я заношу в медицинскую карту и провожу повторную процедуру.

Вы десять лет занимаетесь подтяжкой лица, ведете статистику?

Ежегодно провожу от 8 до 14 операций, т.е. подтяжку лица делаю систематически раз в месяц уже более десяти лет. Будут сотни операций, еще немного… Я постоянно продлеваю процедуры — они все дольше и дольше и масштабнее, я использую в них все свои знания и опыт. Я постоянно многому учусь. У меня сейчас определенно больше опыта и смелости, чем в 2005 году, когда я получил звание специалиста по пластической хирургии. Мне также очень повезло в обучении фейслифтингу – сразу после получения специализации я смог ассистировать одному из самых выдающихся и известных польских пластических хирургов, одним из основных направлений которого был лифтинг, на протяжении сотен операции. Счастье нельзя купить, оно должно быть у вас.

Добавить комментарий